Воспоминанья о тебе 1 страница

Предыдущая123456789Следующая


Глава 1: В плену воспоминаний.

Легкий ветерок, проскальзывающий в комнату сквозь приоткрытое окно, колыхал тонкие шторы. Они волновались, а их кружевная окантовка скользила по полу. Комнату окутывал легкий шорох. Неожиданно порыв ветра усилился и ударил в окно. От такого натиска оно распахнулось до предела, а рама ударилась о стену.
Спящая в комнате девушка открыла глаза. Ее веки столько легко распахнулись, словно она вовсе не спала, а просто лежала, прикрыв глаза. Повернув голову, Элли устремила взгляд на распахнутое окно и занавески, раздувавшиеся, словно паруса. Ее глаза закрылись, а на лице появилось болезненное выражение, как будто она видела то, о чем старательно пыталась не думать.
Еще один сильный порыв ветра ворвался в комнату и ударил Элли в лицо. Девушка спряталась под одеяло, но назойливый ветер дунул еще раз и сорвал его с ног. Послышался печальный вздох, она признавала свое поражение перед невидимым противником. Ветер тут же утих, а Элли вылезла из-под одеяла и подошла к окну. Закрыв его, но не вернулась обратно в кровать, чтобы укрыться теплым одеялом и продолжить прерванный сон. Девушка подошла к балконной двери и, укутавшись в кардиган, висевший на крючке, вышла наружу.
Середина августа. В это время только ранним утром люди не изнывают от жары. Босыми ногами Элли ступала по белоснежной плитке, покрывающей балкон. За ночь пол так и не успел раздать тепло, что бережно накапливал весь день, и ногам девушки не было холодно.
Элли быстро спустила по лестнице, которая вела с балкона прямиком в сад. На последней ступени стояли босоножки. Девушка одела их и быстрыми шагами прошла мимо цветущих роз и аккуратно подстриженных кустиков туи, подошла к калитке, из-за которой доносился шум волн.
Дом Элли располагался на самом берегу океана, в небольшой бухточке, защищавшей от свирепых штормов прибрежные посторойки. Это место считалось самым престижным, тут стояло всего четыре дома, и в городе не было ни одного человека, который не знал бы имя владельца хотя бы одного из них.
Подойдя к самой кромке воды, Элли позволила волнам ласкать свои ноги. Девушка поплотнее укуталась в кардиган и как можно дальше натянула рукава на руки, хоть на улице и было тепло, ветер в этом месте почти круглый год был прохладным, а подчас пронизывающим.
Элли закрыла глаза и тихим шепотом стала читать: «10, 9, 8, 7…». Для чего она вела обратный отсчет? Как только она сказала: «Ноль», - ее глаза распахнулись, а из-за линии горизонта стало медленно, будто ленясь, выползать бледно-желтое солнце.
Девушка на мгновение улыбнулась, словно радуясь тому, что смогла точно угадать секунду, в которую солнце начнет свой долгий рабочий день, но эта улыбка быстро потухла.
- Зачем ты меня мучаешь? – шепотом спросила она. Глаза Элли в один момент наполнились слезами, и две крупные соленые капли покатились по щекам. – Почему не даешь забыть?! - что есть сил, закричала Элли и упала на колени.
Ее тонкие бледные пальцы вонзились в мокрый песок. Волны с заботливой нежностью гладили ее руки, пытаясь успокоить, но девушка отдернула их, словно прикосновение это было ей противно. Элли сжала руки в кулаки и начала с яростью бить ими то волны,подбегавшие к ее коленям, то мокрый песок, забрызгивающий лицо и одежду. Приступ ярости закончился так же неожиданно, как и начался.
- Почему тебе так нравится мучить меня? – спросила она, поднимаясь.
Встав на ноги, девушка быстрыми шагами направилась обратно в дом, а усилившийся ветер пригнал с запада тучи, которые закрыли солнце, лишь несколько секунд назад ярко сиявшее над водной гладью.
Элли не стала подниматься к себе в комнату, она сразу пошла на кухню, не думая, что может там кого-нибудь встретить, но ошибалась. Ее отец – Эдуард Лоренс уже проснулся и теперь стоял рядом с кофеваркой, в ожидании пока машина приготовит ему ароматный бодрящий напиток.
Услышав, как за его спиной хлопнула дверь, мужчина обернулся и увидел свою дочь: в ее растрепанных волосах поблескивали песчинки, как и на покрасневших от слез щеках, на ее ночной рубашке было множество искрящихся капелек грязи.
- Элли, что случилось? Почему ты так выглядишь? – взволнованно спросил отец и подошел к дочери.
- Ничего страшного не случилось, - постаралась как можно ласковее ответить Элли, но все-таки в ее голосе можно было уловить некоторые нотки раздражения. – Просто вышла прогуляться и упала.
- Зачем ты мне врешь?
- А зачем ты задаешь вопросы, ответ на которые знаешь? – парировала Элли, уже не скрывая раздражения.
- Как ты говоришь с отцом?
- Думаешь, я испытываю от этого удовольствие? – воскликнула Элли. – Отец, ты прекрасно знаешь что случилось, так зачем снова и снова спрашиваешь? Из раза в раз одно и то же!
- Это случилось семь лет назад!
- Неважно когда это случилось, неделю или десять лет назад. Я не могу просто взять и стереть все воспоминания!
- Я и не прошу! Я просто хочу, чтобы ты стала такой, какой была раньше, перестала огрызаться на каждое мое слово, начала жить, как нормальный человек!..
- Отец! – прервала Элли Эдуарда. – Я не огрызаюсь, когда ты говоришь не обо мне и моих странностях. Я уже не стану прежней: любое событие в нашей жизни так или иначе накладывает отпечаток, изменяет нас. Я изменилась.
Эдуард покрасней от ярости. Его глаза метали молнии, а руки сжались в кулаки так, что костяшки пальцев стали белыми, словно мел. Мужчина отвернулся от дочери и направился к кофеварке. Молча, он взял с полки кружку и налил себе кофе. Он не поворачивался лицом к Элли, которая стояла, прислонив одну руку ко лбу, стараясь сдержать слезы.
- Тебе уже двадцать пять лет, - тихо сказал отец. – Пора думать о том, чтобы завести семью, а у тебя даже молодого человека нет.
- Пап, мне не сорок лет, - умоляюще сказала Элли, она не хотела продолжения этого разговора.
- В сорок будет уже поздно. Сегодня вечером мы идем в ресторан, там я познакомлю тебя с сыном своего партнера по бизнесу. Надеюсь, что вы с ним поладите, потому что я и его отец намерены в скором времени сыграть свадьбу.
- Что?! – воскликнула Элли, а потом рассмеялась. – Все понятно, ты решил избавиться от ненормальной дочурки как можно выгоднее. Нет вопросов. Что ж, мне следовало ожидать, что рано или поздно ты разрушишь мою жизнь окончательно!
- Что ты сказала?! – окончательно рассвирепел Эдуард и, подскочив к дочери, отвесил ей пощечину. Голова Элли резко отдернулась в сторону, а на щеке остался ярко-красный след удара, но девушка не вскрикнула. Она смотрела на отца, сквозь растрепанные пряди длинной черной челки. – Я испортил тебе жизнь?! Благодаря мне у тебя есть все, ты ни в чем не нуждаешься, любое твое желание исполняется… и я испортил тебе жизнь?! Если бы не я, мы бы жили в убогой квартире на последнем этаже, где нет горячей воды и отопления, а по полу то и дело бегают мыши!
- Знаешь, почему-то именно в этой «убогой квартире» мы были счастливой семьей. А теперь, из-за твоих амбиций и планов, мать постоянно грустит, ждет, когда ты придешь домой, а взамен получает лишь сообщения о том, что у тебя внеплановое совещание. А я для тебя до сих пор дочь? Нет! Я просто твой секретарь! Хочешь сказать не так? Да мы кроме как о работе не о чем не говорим, а если и такое чудо происходит, то вот во что оно оборачивается.
- Довольно! – взревел Эдуард. – Чтобы к девяти утра конференц-зал был готов!
Он повернулся спиной к дочери, швырнул чашку в раковину так, что у нее откололась ручка, и вышел из комнаты. Элли еще несколько минут стояла на месте, просто пытаясь придти в себя и собраться с мыслями. Вдруг за декоративной ширмой послышался шорох. Девушка подошла к ней.
Весь ее разговор с отцом слышала мать Элли - Маргарет, которая уснула на кухне, дожидаясь пока ее муж вернется с работы, а как только услышала, что он пришел и говорит по телефону, спряталась в этом укромном уголке. Она знала, что у него есть любовница, знала, что кроме как с ней в столь ранний час говорить ему не с кем, а потому просто спряталась за ширмой, чтобы избежать скандала.
Сейчас женщина беззвучно плакала и смотрела на дочь полными грусти и слез глазами. Элли зашла за ширму и обняла мать, которая, наконец, позволила себе разрыдаться в полную силу.
- Не стоило так говорить с отцом, - успокоившись, сказала женщина и вместе с дочерью вышла из-за ширмы. Элли села за стол, а мать направилась к плите, чтобы приготовить завтрак. – В чем-то он прав.
- Знаю, - буркнула девушка, - но ведь я тоже права.
- Верно, - вздохнув, сказала Маргарет. – И все-таки Эдуард твой отец. Он делает все для нашего блага, по крайней мере, раньше работал ради нас. Помнишь, как тяжело нам жилось, когда ты была маленькой? Мы едва сводили концы с концами. А теперь у нас шикарный дом, мы ни в чем не знаем нужды, ты получила прекрасное образование…
- А что есть у тебя, мам?
- У меня есть ты, а большего мне и не надо.
- Маааам, - простонала Элли от бессилия.
- А на счет брака по расчету… Думаю, тебе стоит встретится с тем молодым человеком. Кто знает, может быть, он не такой уж и плохой. Во всяком случае, тебе в тягость жить в этом доме, я знаю, а отец просто так тебя никуда не отпустит.
- То есть, чтобы сбежать из этой тюрьмы мне надо заточить себя в другую?
- А может быть это будет не тюрьма? Ты узнаешь только когда встретишься с тем человеком.
- Хорошо, я поняла тебя, мам. Возможно, ты права.
- Знаешь, в чем я полностью согласна с отцом?
- В чем?
- В том, что ты сильно изменилась и, увы, не в лучшую сторону. Раньше ты никогда не отчаивалась, была живой, всегда что-то делала и любила свою семью, а теперь…
- Я и сейчас тебя люблю, мам.
- Знаю, но ты больше не любишь себя и жизнь.
Элли грустно улыбнулась, понимая, что бессмысленно возражать матери, поскольку та права.



Подземная стоянка офисного здания, где работала Элли, была еще пуста. Девушка припарковалась на самом удобном месте рядом с лифтом, поставила машину на сигнализацию и поднялась на последний этаж, где располагался кабинет ее отца и приемная, в которой девушка проводила почти весь рабочий день.
Собрав все необходимое для заседания, Элли спустилась на два этажа ниже. Тут располагался конференц-зал и множество столов, разделенных полупрозрачными стеклянными перегородками, за которыми трудились специалисты по работе с клиентами. В это время никого еще не было на рабочих местах, но когда Элли вышла из зала, помещение было наполнено гулом голосов.
Молоденькие девушки, рассказывали друг другу как провели выходные, с кем познакомились, какое красивое платье они видели в магазине… Мужчины обсуждали вчерашний футбольный матч. Однако, стоило Элли войти в лифт, как она стала темой общего разговора. Сотрудники любили обсуждать дочь своего директора, хоть она и была довольно скучной темой для разговора. Всем было интересно, почему Элли всегда так строго выглядит, есть ли у нее парень, а если есть, то как он ее терпит, почему она сидит на работе допоздна, если ее отец хозяин этой компании и, будь ее воля, Элли вообще могла бы не работать,… Увы, ни на один вопрос ответа не было, а потому люди придумывали истории. Иногда правдоподобные, иногда не очень. Элли знала о сплетнях за ее спиной, но ничего не могла с этим поделать, а если точнее, ей просто было все равно, что думают о ней работники фирмы. А еще она знала, что для борьбы нужны силы, а их у нее уже семь лет нет.
Скучный рабочий день, скучные отчеты, скучные приказы, однообразное постукивание клавиатуры – так протекал день Элли. Обычно она не спешила домой и уходила намного позднее окончания рабочего дня, но сегодня ее отец вышел из кабинета ровно в шесть вечера. Он не сказал ни слова, только пристально посмотрел на дочь. Элли поняла этот немой призыв, выключила компьютер и направилась вслед за отцом к лифту.
- Могла бы одеться не так, словно собралась на похороны, - сухо сказал Эдуард, пока лифт плавно двигался вниз. – И вообще, убери волосы с лица, ты похожа на героиню фильма ужасов.
Губы Элли искривились в улыбке, девушка приподняла волосы с той щеки, по которой сегодня утром ее ударил отец – она была посиневшей и немного припухла.
- Если так тебе нравится больше, то могу откинуть волосы, но учти, историю о том, что я упала с лестницы, рассказывать не буду.
- Могла бы замазать это какой-нибудь косметикой.
- Синяк замазан, без косметики он фиолетовый.
- Сама виновата.
- Разумеется. А знаешь, это забавно, что ты сам испортил нашу встречу со своим партнером и его сыном. Теперь у товара неприглядный вид.
Эдуард ничего не сказал, только в который раз сжал кулаки. Чем дальше, тем больше дочь выводила его из состояния равновесия. Он молился, чтобы она не стала выкидывать фокусов во время встречи. Брак с Джереми, так звали сына его партнера, был очень важен для Эдуарда. Его фирма переживала не лучшие времена и, для поддержания стабильности, ему было просто необходимо более тесное "сотрудничество" с фирмой этого человека.
Встреча должна была состояться в прибрежном ресторане под открытым небом. Эдуард и Элли пришли немного раньше, их проводили к заказанному столику и оставили наедине с меню.
- Я надеюсь, ты не планируешь устраивать мне неприятности? – тихо спросил Эдуард, чтобы ни у кого не было возможности услышать, что он говорит.
- Нет, я планирую хорошо поужинать и пообщаться с человеком, за которого, скорее всего, я выйду замуж в ближайшие два месяца, потому что мой папочка очень этого хочет.
- Перестань язвить! Ты должна показать себя гостям в наилучшем свете, а без уважения к отцу тебе не произвести выгодного впечатления.
- Сейчас здесь никого нет, а поэтому буду делать, что хочу. Как только придет твой друг, я и слова не вымолвлю.
- Тогда мы подумаем, что вы – немая, - весело сказал мужской голос за спиной Элли. Это был Том Стреффорд – друг Эдуарда, услышавший обрывок фразы, сказанной девушкой.
- Зато, каким бы сюрпризом для вас было, когда в один прекрасный день я заговорила бы, - не растерялась Элли.
- А вы девушка с характером, - Том обошел стол и сел рядом с Эдуардом.
Элли взяла со стола стакан воды и сделала большой глоток. Она и вправду не хотела производить плохое впечатления на Тома и его сына, который как раз отодвигал стул и садился рядом. Девушка медленно подняла глаза на своего жениха. Ее сердце бешено забилось, поток крови ударил по вискам, и в ушах послышался звон, а перед глазами стали плавать черные круги. Казалось, что весь воздух куда-то испарился. Элли выпустила из рук стакан, который разбился на сотни осколков, врезавшись в кафельное покрытие пола. Девушка схватилась за грудь и выскочила из-за стола.
- Я знаю, что мой сын красавец, но никогда не видел, чтобы он производил такое сильное впечатление на девушку, - ошарашено сказал Том и бросил взгляд на сына.
Джереми хотел было встать из-за стола и побежать за Элли, но что-то остановило его. Молодой человек грустно вздохнул и, печально улыбнувшись, посмотрел на отца.
- С ней такое и в школе бывало, Джереми? – поинтересовался Том.
- Так они учились вместе? – взволнованно проронил Эдуард. – Тогда понятно, что с ней произошло. Видите ли…
- Да, с ней так и в школе иногда случалось, - Джереми перебил отца Элли и кинул ему предупреждающий взгляд. – У нее всегда был слабый желудок. Скорее всего, что-то не то съела на обед и ее неожиданно прихватило.
- А ты что хотел сказать, Эд?
- То же самое.
Через некоторое время Элли вернулась за стол. Она извинилась и, к счастью для Джереми и Эдуарда, сказала, что все произошла из-за плохого обеда. Молодым людям, обреченным на свадьбу, во время ужина не удалось перекинуться и парой слов. Отцы, как могли, нахваливали своих чад, а те самые чада молча ковырялись в тарелках, от которых старались не отрывать взгляда.
После того, как с десертом было покончено, Джереми предложил Элли прогуляться по пляжу, пока их родители обсудят некоторые деловые вопросы. Девушка ничего не сказала, только кивнула и вышла из-за стола.
Она быстрыми шагами направилась к пляжу, скинула туфли, и, взяв их в руки, так же быстро пошла к океану. Джереми не пытался ее догнать и шел на некотором расстоянии, но вскоре Элли стала замедлять шаг, а он приближаться к ней.
- Прости, что я убежала, - наконец сказал девушка, почувствовав, что ее уже догнали.
- Ничего, я понимаю, почему это случилось. Мне говорили, что ты очень тяжело перенесла ту трагедию, и любое напоминание о ней болезненно на тебе отражается. Однако, если бы тебя предупредили, что твой жених - я, то ты бы вообще не пришла.
- Ты прав, Джереми. И я не думаю, что мы еще когда-нибудь встретимся. Это слишком больно для меня.
- Элли, я долго готовился к этой встрече, думал, что сказать. Увидев, как ты отреагировала на мое появления, понял, что это будет не просто, но я все-таки хочу сказать. Живи дальше. Хватит жить воспоминаниями о том времени и той болью, что оно тебе причинило. Ты молодая, красивая, интересная, но я прекрасно вижу, что ты себя теряешь. Первое время я пытался забыть тебя, запретить себе думать о тебе, но все оказалось напрасно. Я хочу попробовать вернуть тебя к жизни, ну а если не получится, то хотя бы буду знать, что я старался, у меня был шанс и я его использовал.
- Чем ты лучше меня, Джереми? – после недолгого молчания спросила Элли. – Сам живешь воспоминаниями о девушке, в которую был влюблен. А ведь она тоже мертва.
- Чушь. Вот она, стоит передо мной.
- Это уже не она, а то, что от нее осталось. То, что выжило после той аварии.
- Ладно, может ты и права, что я не лучше тебя, но я такой, потому что знаю, что у меня есть шанс. А у тебя его нет. Та история закончилась, Элли.
Элли замолчала, обдумывая слова Джереми. Девушка присела на песок и уперлась руками в землю. Она подставила лицо прохладному ветерку, дующему с моря. Казалось, будто она пытается услышать, что он говорит ей, но ветер молчал. Джереми устал стоять и присел рядом с Элли. Он внимательно всмотрелся в лицо девушки и заметил, что щека у нее посинела.
- Боже, что я с твоим лицом?
- У нас с отцом возникли некоторые разногласия, - ответила девушка, открыв глаза. – Хорошо Джереми, я дам тебе шанс, да и себе тоже. Если честно, я не верю, что забуду то время, что воспоминания о нем притупятся, но я хочу верить в то, что мне удастся вырваться из лап моего отца.
- О чем ты говоришь? – встревожено спросил Джереми.
- Ничего криминального, не нужно так беспокоиться. Когда-то мы были счастливой семьей, хоть и не слишком обеспеченной, но чем больше у нас становилось денег, тем больше моему отцу их хотелось. Сейчас весь его мир – это его бизнес. Семья для него не существует, жену он не замечает, а дочь стал бизнес-проектом. Просто так он меня не отпустит, а значит надо уйти как можно выгоднее для него, а главное, чтобы не было возможности вернуться обратно.
- Я все равно тебя не понимаю.
- Если я выйду за тебя замуж, то между нашими компаниями образуется нерушимая связь, а однажды они сольются воедино. Мой отец хочет, чтобы я стала совладелицей той большой компании, но у меня свои планы на сей счет. Я просто откажусь от своей доли, передав ее тебе, и тогда ничем не буду с ним связана.
- А как же дочерние чувства?
- У него не было ко мне отцовских, когда они мне были очень нужны. Так почему теперь я должна что-то чувствовать к нему? Печально, но наша семья, кажется, тоже умерла.
- Ты говоришь дикие вещи, Элли. И сейчас я понимаю, что ты и вправду сильно изменилась. Ты меня пугаешь.
- Правда? Ну, тогда давай пойдем и скажем нашим родителям, что скорее мы умрем, чем между нами будут отношения.
- Нет. Теперь мне еще больше хочется, чтобы ты стала хоть немного больше напоминать прежнюю Элли.


Глава 2: Шанс.

Будильник еще не прозвонил, но Элли уже открыла глаза. Она неподвижно лежала на кровати, повернув голову в сторону приоткрытого окна. Слабый ветерок, как всегда, колыхал занавески, но что-то изменилось, Элли чувствовала это. Девушка не знала, сколько времени она пролежала, ожидая, пока ее окно распахнется, но прозвонивший будильник показал, что время было упущено.
Раньше ветер всегда распахивал окно за несколько минут до рассвета, но сегодня оно осталось неподвижным. Элли присела на кровати и задумчиво посмотрела на занавески. Очнувшись от раздумий, она скинула одеяло на пол и вышла на балкон, прислонилась к ограде и закрыла глаза, подставив лицо теплым лучам восходящего солнца.
- Как это понимать? У тебя все-таки проснулась совесть? – с усмешкой спросила Элли и открыла глаза. Ничего не случилось после того, как девушка задала пустоте свои вопросы. – Что ж, видно я права. Это мой шанс, да?
Элли посмотрела в сад и тепло улыбнулась. Уже долго время ее лицо не освещала такая улыбка, нежная, чуть застенчивая, благодарная. На мгновение ветерок усилился и нежной волной пробежал по щеке Элли, а потом все стихло. Казалось, в этот момент время замерло, а когда снова начало идти, то в душе девушки образовалась пустота, значившая, что все еще могло измениться. Путь, который мог привести ее к счастью существовал.
Быстро собравшись, Элли поехала в офис. Сегодня она немного опаздывала и, когда вошла в лифт, он был поло народу, и все эти люди, стоило дочери начальника войти в кабину, тут же замолчали и устремили на нее любопытные взгляды. Элли почувствовала, как ее щеки заливаются краской и чуть опустила голову вниз так, чтобы длинна челка закрыла ее лицо. «Что случилось на этот раз? Почему все с таким интересом на меня смотрят?» - думала Элли, а лифт поднимался все выше и выше. Наконец, она осталась и смогла свободно вздохнуть, прежде чем войти в приемную.
Но тот свободный вздох оказался совершенно бесполезным. Как только двери лифта разъехались, дыхание девушки вновь сбилось: вся приемная была заставлена корзинами с цветами и фруктами. Элли показалось, что в ее серой и скучной приемной побывала фея, которая раскрасила обыденность яркими радужными красками.
Сумка, висевшая на плече Элли, упала на пол. Девушка медленными шагами обошла приемную, прикасаясь пальцами к нежным бутонам цветов, вдыхая их сладкий аромат. В небольшой корзиночке с персиками, стоявшей на столе, девушка нашла записку: « Надеюсь, что твоя приемная и твое пребывание в ней станут хоть немного приятнее Джереми».
- Что это за тропики? – послышался удивленный голос за спиной Элли. Это ее отец пришел на работу.
- Это подарок Джереми, - стараясь не показывать восторга, ответила Элли.
- А этот сорванец умеет ухаживать. Не смей ничего отсюда убирать, пусть постоит сегодня, вдруг он надумает сюда приехать. Кстати, как вы вчера прогулялись?
- Неплохо, - сухо ответила Элли и села за свой стол. Она демонстративно отодвинула корзинку с персиками подальше от компьютера и, вытащив из ящика стола толстую папку с отчетами, начала внимательно ее читать.
- Что ты за девушка, а? Сердце любой бы растаяло при виде всего этого, а ты сидишь и читаешь отчеты?
Эдуард хотел сказать что-то еще, но поняв, что дочь его вовсе не слушает, сжал губы и вошел в свой кабинет. Если бы не отец, Элли возможна и была бы рада, но встреча с ним погубила зачатки хорошего настроения. Так что в течение дня она ни разу не оторвала глаз от монитора и деловых бумаг.
В шесть вечера, как по расписанию, открылась дверь кабинета ее отца. Он сказал, что у него назначена встреча с партнерами, чтобы Элли передала матери, что он вернется поздно. Удивительный человек, не правда ли? Его дочь знает обо всех его партнерах и встречах, потому что сама составляет график. Однако ее отец продолжает врать ей и при этом думает, что она ничего не знает об его «совещаниях».
Время текло медленно. Офисное здание постепенно пустело, свет на этажах потухал, и вскоре на всем небоскребе осталось лишь одно светлое пятно: окно приемной, в которой до сих пор работала Элли. Девушка, наконец, отложила папку с документами и потянулась, сидя на стуле. Ей на глаза попалась корзинка с персиками. Она взяла один и пристально на него посмотрела.
- Да, кроме этих персиков и тебя тут больше никого не осталось, - неожиданно сказали, прям над ухом у Элли, и фрукт, выпавший из ее рук, покатился по полу.
Элли резко обернулась и увидела перед собой лицо Джереми. Она шумно выдохнула и повалилась на спинку кресла, а парень вышел из-за ее спины и сел на край стола.
- Ты всегда допоздна сидишь в офисе?
- Да. Что ты тут делаешь?
- Я приехал, чтобы отвезти тебя домой. Простоял около твоей машины три часа, но так тебя и не дождался. Нехорошо заставлять людей так долго ждать.
- Ну, если люди не предупредили, что они тебя ждут, - сказала Элли и встала из-за стола, - то это вполне простительно. Я не экстрасенс.
- Твоя правда. Дай мне ключи от твоей машины. Я попрошу моего водителя отогнать ее к твоему дому, а ты поедешь со мной.
- А что если я не хочу ехать с тобой до дома?
- Мы же договорились, что ты дашь мне шанс, а это значит, что ты должна хотя бы пытаться стать моей девушкой. У нас не так много свободного времени, потому что и ты, и я занятые люди, но общаться нам необходимо. Для этого есть только выходные и время после работы.
- Может, ты еще будешь забирать меня утром? – лукаво улыбнувшись, спросила Элли, и вошла в лифт, - чтобы водителя каждый вечер не гонять?
- Нет, мне для этого придется слишком рано вставать. Может, ты могла бы ездить на работу с отцом?
- Нет, это никак невозможно. Либо он убьет меня по дороге, либо я его.
- Тогда, я просто отдам тебе этого водителя, - сказал Джереми в тот самый момент, когда двери лифта распахнулись, и тот самый водитель предстал перед Элли.
Это был молодой парень, скорее всего ровесник Элли, одетый в строгий черный костюм. На его глаза падала длинная черная челка, так что их практически невозможно было разглядеть. Молодой человек был неподвижен, словно восковая фигура. Однако, когда Джереми кинул ему ключ от машины Элли, парень моментально ожил и, вскинув руки с молниеносной быстротой, поймал ключ.
- Так говоришь, будто это вещь какая-то…, - буркнула Элли, пристально глядя на молодого человека в черном костюме.
- На самом деле, я уже договорился с твоим отцом о том, что у тебя теперь будет водитель, а по совместительству охранник. За нашими отношениями очень многие следят и мало кто хочет, чтобы компании твоего отца и моя объединились. Так что он тебе просто необходим. Его зовут Николас, - молодой человек кивнул Элли в знак приветствия, но не вымолвил ни слова.
- А я имею права голоса? Или мне теперь со всем придется мириться, как с фактом? – стараясь не раздражаться, спросила Элли.
- Да ладно тебе, это просто охранник. Кто обращает внимание на свою тень? Что она есть, что ее нет.
Элли сделала глубокий вдох и, не проронив ни слова, пошла к машине Джереми. Она что-то бурчала себе под нос, но ее жених не мог этого услышать, а вот Николас, кажется, слышал и на его неподвижных до того момента губах появилась улыбка.
По дороге домой Джереми, как мог, пытался разговорить Элли, но после того, что случилось, она явно была не в настроении. Она отвечала односложно, а когда Джереми потерял надежду на поддержание беседы, то просто начал рассказывать о себе, хоть по Элли было видно, что она не слушает его, молодой человек не замолкал ни на секунду.
Машина притормозила у дома, и Элли собралась выйти, но Джереми заблокировал двери. Девушка посмотрела на него уставшими глазами, он прекрасно понимал, что они говорили: « У меня нет абсолютно никого желания тебя слушать, но если тебе так хочется, то я выслушаю».
- Если так будет продолжаться, мы ничего не добьемся.
- Если ты продолжишь делать то, что нужно тебе не считаясь с моим мнением, то все закончится быстрее, чем появится возможность чего-то добиться, - ровным и холодным тоном сказала Элли. – Может быть, я и существовала последнее время как живой труп, но это не значит, что происходящее вокруг меня не интересует.
- Хорошо, впредь буду с тобой советоваться.
- Вот и договорились.
Элли попробовала вновь открыть дверь, но Джереми так и не снял с нее блок. Девушка устало откинулась на спинку сидения и запрокинула голову наверх, считая про себя до десяти, чтобы не сорваться и не устроить истерику.
- Что-то еще?
- А как же прощальный поцелуй? – игриво произнес Джереми и стал приближаться к Элли, но она кинула на него такой изничтожающий взгляд, что парень тут же отступил и снял с двери блок.
- Считай, что мы знакомы второй день, а так же наше свидание не удалось. После неудачных свиданий поцелуев не бывает.
Выйдя из машины, Элли хлопнула дверцей. Громко стуча каблуками, она подошла к дверям в воротах и, войдя внутрь, с такой же силой захлопнула их. Ее машина стояла посреди двора, а Николас стоял рядом с ней в точно такой же позе, в какой Элли видела его на парковке.
- Почему вы все еще здесь?
- Потому что с этого дня и до тех пор, пока меня не уволят, мое место рядом с вами.
- То есть вы будете жить в моем доме?! – ошарашено спросила Элли, и получила в ответ медленный и грациозный кивок. Девушка хотела сказать, что-нибудь резкое и уже открыла рот, но потом передумала. – Какой смысл на вас срываться, если от вас ничего не зависит? – Устало спросила она саму себя и облокотилась на машину.
- Догадываюсь, что вам это не по вкусу, но со временем вы привыкните к моему присутствию. Я изучил вашу ситуацию и думаю, что телохранитель вам необходим.
- Я не слишком-то беспокоюсь за свою жизнь, единственный человек, ради которого я живу – это моя мать. А впрочем, не думаю, что вам это интересно. Идемте в дом, я представлю вас моей матери, не думаю, что отец рассказал ей о вас.
Элли прошла мимо Николаса, а он бесшумно последовал за ней.
Из кухни долетал приятный аромат запеченного мяса. Маргарет решила побаловать дочку и надеялась, что ее отец все-таки появится сегодня дома. Ведь вчера он познакомил Элли с будущим мужем. Женщине натерпелось узнать множество вещей: из какой он семьи, да и вообще, кто он такой, где учился, чем увлекается…
- Мам, я дома, - прокричала Элли из холла, и Маргарет вышла, чтобы поприветствовать ее, но замерла в дверном проеме: она никак не ожидала, что жених Элли придет знакомиться с ней так быстро.
– Мама, это Николас, он будет с нами жить, - девушка совершенно не хотела волновать мать, но та даже поперхнулась, когда услышала, что сказала ей дочь.
- Так быстро?.. – только и смогла пролепетать Маргарет.
- Мам, это не мой жених, - женщина упала на стул, который по счастью оказался рядом с ней. – Я так и думала, что папа тебе ничего не говорил. Это мой охранник, мам, не переживай. Я сама недавно узнала, что в нашем доме прибавление. – Маргарет, которая все еще не могла отойти от шока, среагировала только на последнюю фразу дочери – ее глаза тут же расширились от ужаса.
- Ты беременна от него?! –
- Мам, ты меня слышала? Это мой охранник!
- А, - все еще не совсем понимая, но уже более спокойно сказала Маргарет. – Значит, я просто все не так поняла. Правильно?
- Простите, что заставил вас нервничать, - неожиданно заговорил Николас. – Меня зовут Николас Пембертон, с этого дня я буду телохранителем вашей дочери, из-за этого мне необходимо поселиться в вашем доме. Я надеюсь, что это вас не стеснит.
- Телохранитель? – удивилась Маргарет. – Для чего Элли нужен телохранитель? Неужели кто-то ей угрожает?
- Нет, вашей дочери пока никто не угрожает, но из-за ее будущего брака, возможно, будут какие-то волнения. Для подстраховки лучше, чтобы у вашей дочери был телохранитель.
- Ну, если это необходимо… Рада видеть вас в нашем доме, Николас. Проходите на кухню, поужинайте с нами.
За ужином Маргарет почти не разговаривал. Женщина кидала косые взгляды на молодого охранника, собиралась заговорить с дочерью, но стоило ей открыть рот, как она тут же меняла свое решение и продолжала маленькими кусочками поглощать свой ужин.
Николас чувствовал, что он причина повисшего в воздухе напряжения, но поделать с этим он ничего не мог. Первое время так всегда: новый человек пугает, но постепенно привыкаешь к молчаливой фигуре позади и перестаешь обращать на нее какое-либо внимание.
Закончив ужинать, Элли повела Николаса в комнату, в которой ему предстояло жить. Это была довольно просторная спальня для гостей, но ей уже несколько лет никто не пользовался. Эдуард никогда не приглашал домой гостей, у Элли подруг не было, а друзья Маргарет все были семейными людьми, так что предпочитали ночевать у себя дома.
Элли включила свет и застыла на пороге от удивления: казалось, что в этой комнате не убирались уже лет пятнадцать. Все было покрыто слоем серой пыли, на полу даже лежало несколько листочков, которые прилетели сюда через открытое окно.
- Не ожидала, что тут все так запущено, - виновато сказала Элли и, повернувшись к Николасу, отдала ему стопку постельного белья, которую держала в руках. – Я пойду, возьму моющие средства и тряпки, нужно тут все привести в порядок.


8500720671860106.html
8500746842911868.html

8500720671860106.html
8500746842911868.html
    PR.RU™